Автор Тема: Опыт эмпирического исследования отрицания гендерного насилия  (Прочитано 334 раз)

Рется С.Э.

  • Newbie
  • *
  • Сообщений: 4
Опыт эмпирического исследования отрицания гендерного насилия
Рется С.Э.
Московский государственный психолого-педагогический университет (г. Москва)
Научный руководитель Луковцева З.В.

Гендерное насилие (ГН) – это насилие, направленное на человека по причине его гендерной принадлежности, которое может приобретать физические, психологические, эмоциональные, сексуальные, экономические, репродуктивные и иные проявления.
Восприятие ГН – это процесс познания людьми насильственных ситуаций, имеющих в себе гендерную составляющую (Ениколопов С.Н., 2011; Зинченко В.П., 2008; Салагаев А.Л., 2002; Смирнова А.В., 2005).
Отрицание гендерного насилия (ОГН) можно определить как преуменьшение проблемы ГН или полный отказ её признания. Его можно классифицировать как специфическую разновидность восприятия ГН, при которой происходит искажение ситуации, понимание её как на самом деле безопасной, несущественной и т.д. Формулировка «Отрицание гендерного насилия» предложена нами, но соответствующая феноменология неоднократно описана в современных исследованиях под другими названиями или вовсе без введения специальных терминов. Так, Клёцина И.С. говорит о том, что во многих подходах при изучении ГН учитываются интересы лишь одной социально-половой группы, а не обеих (Клёцина И.С., 2015). Лактионова М.А. указывает на то, что в массовом сознании ГН чаще выступает исключительно как физическое или сексуальное насилие, тогда как серьёзность прочих его форм нивелируется или игнорируется (Лактионова М.А., 2011).
Значительная часть современных исследований рассматривает ОГН как социально-психологическое явление. Сведений же о взаимосвязи ОГН с индивидуальными личностными характеристиками человека в настоящее время не так много. Также исследователи объясняют явление ОГН весьма различными психологическими свойствами и причинами, что создаёт амбивалентный образ человека, отрицающего ГН. Это говорит об отсутствии единого подхода к проблеме и необходимости подробного описания феноменологии ОГН и обнаружения взаимосвязи этого явления с индивидуально-психологическими свойствами человека.
Феномен ОГН представляет собой сложное психосоциальное явление, приобретающее разные формы и влекущее за собой множество последствий разной степени опасности и деструктивности.
Одним наиболее распространённых проявлений ОГН можно считать обвинение жертвы или виктимблейминг (от англ. victim – жертва и blaming – обвинение). Оно представляет собой возложение ответственности за совершённое преступление или несчастный случай, любой вид насилия на его жертву (Ryan W., 1971). Возникновение данного явления можно объяснить стремлением человека дистанцироваться как от образа насильника, так и от образа пострадавшего. Важным аспектом здесь является то, что социальные представления о насильнике и «жертве» строятся по сходным механизмам деидентификации и дегуманизации (Бовина И.Б., Дворянчиков Н.В., 2011). В представлениях о жертве специалисты выделяют противоречие, выражающееся в одновременном описании её как невинной с одной стороны и как ответственной за случившееся – с другой (Дворянчиков Н.В., 2012; Левицкая А.Г., 1993). Интересны данные о том, что лица, совершившие сексуальные преступления против женщин, склонны наделять положительными качествами близких, значимых женщин и резко негативными – посторонних и малознакомых (тем самым они делают их образ более «доступным», нивелируя свою вину и ответственность за совершённое преступление). Тем же, кто совершил в отношении женщин агрессивные преступления, свойственно выстраивать «идеальный» портрет незнакомки и отрицательный – женщин ближнего круга; здесь мы также видим проявление механизма самооправдания (Дворянчиков Н.В., 2011). Особенно распространено явление виктимблейминга в интернет-пространстве. Ощущение анонимности, безопасности, а также дереализация увиденного в виртуальном пространстве способствуют тому, что виктимблейминг тесно сплетается с кибербуллингом, оказывая сильное психологическое воздействие людей, сталкивающихся с ним (Кузнецов И., 2017; Stubbs-Richardson M., 2018).
ОГН как обвинение жертвы опасно тем, что способствует дальнейшей эскалации ГН. Снятие ответственности с агрессора, оправдание его в глазах социума в некотором смысле легитимизирует насилие в отношении лиц, которые своим поведением «заслужили это».
Распространение любого ГН в обществе – это следствие ОГН как санкционирующего фактора. С другой стороны, ОГН может выступать как следствие пережитого или наблюдаемого ГН (Крюкова М.В., 2011). Иллюстрацией таких взаимовлияний могут служить супружеские изнасилования. Брак зачастую расценивается как «наделение мужчин безусловным правом на сексуальные отношения с супругой и применение силы в случае ее нежелания вступать в сексуальный контакт» (Ениколопов С.Н., 2011, с. 12). Такого рода гендерные стереотипы могут быть отнесены и к числу проявлений, и к числу следствий ОГН (Зубрицкая А.С., 2009; Исраелян Е.В., Забелина Т.Ю., 1995; Giussy B., 2017; Stubbs-Richardson M., 2018).
Нами было проведено исследование, направленное на описание феноменологии и индивидуально-психологических коррелятов отрицания гендерного насилия (на примере девушек и женщин молодого возраста). В исследовании приняли участие 32 молодые девушки и женщины в возрасте от 17 до 26 лет. Выбор данной возрастной группы (первая ступень взрослости) объясняется тем, что в этот период происходит так называемая «индивидуализация общественного инвентаря ценностей по мерке личностной позиции человека». Предполагается, что в это же время происходит и формирование индивидуальной позиции по отношению к явлению ГН (Слободчиков И.В., Цукерман А.Г., 1996; Шаповаленко И.В., 2005).
Учитывая отсутствие единого подхода к оценке ОГН, а также соответствующего инструментария, мы разработали специальные методики, позволяющие не только выявлять ОГН, но и определять его характеристики. Для оценки качественных особенностей ОГН и типологизации его проявлений была предложена проективная методика «Идентификация ситуаций гендерного насилия», включавшая описание восьми насильственных ситуаций, в половине из которых насилие носит гендерный характер. Для оценки степени выраженности ОГН был составлен Опросник отношения к гендерному насилию, включавший 17 утверждений, 12 из которых представляют собой ОГН-высказывания. Полученные данные были соотнесены с результатами личностных опросников (LSI, SACS, опросник Леонгарда-Шмишека, многофакторный личностный опросник Р. Кэттелла). Полученные данные позволили выделить следующие типы ОГН реакций: реакция-смех, реакция-недоверие, реакция-осуждение, реакция-искажение. Наиболее распространенной оказалась реакция-искажение. Что касается индивидуально-психологических особенностей испытуемых, то наибольшую положительную взаимосвязь с проявлениями ОГН обнаружили пониженный уровень чувствительности, некоторая жёсткость и суровость по отношению к другим людям.
Анализ возможных трактовок полученной картины позволяет выдвинуть ряд предположений и наметить перспективы дальнейших исследований. Так, неизбежно возникает вопрос об истории соотношения названных индивидуально-психологических особенностей с восприятием ГН в жизни человека, о совокупном влиянии социальных и биографических факторов. Например, можно предположить, что ОГН базируется на неосознаваемых психологических защитах (когда столкновение с ГН является непереносимым). В таком случае следует двигаться в сторону выявления травматической природы ОГН. Однако нельзя исключать и того, что жёсткость и низкая чувствительность обусловливают ОГН сами по себе, безотносительно опыта психической травматизации в результате столкновения с ГН.
Отрицание перенесённого и наблюдаемого насилия, игнорирование других подобных случаев, преуменьшение опасности и травматичности происходящего усиливают ощущение «легальности» ГН, что играет важную роль в дальнейшей эскалации последнего. Описанное пилотажное исследование предполагает продолжение с целью создания подробной классификации видов и проявлений ОГН, определения градации последних. Особое внимание должно быть уделено систематизации факторов ОГН, а также возможностям разработки профилактических и реабилитационных программ в обсуждаемой области.

Список литературы
1.   Бовина, И.Б. Особенности социальных представлений о сексуальном насилии: «Маньяк» и «Жертва» глазами молодых мужчин и женщин / И.Б. Бовина, Н.В. Дворянчиков, А.Д. Гутник, А.М. Рикель [Электронный ресурс] // Психолого-педагогические исследования. 2011. — № 1. — С. 1-14. URL: http://psyjournals.ru/psyedu_ru/2011/n1/39930.shtml (дата обращения: 10.09.2017)
2.   Дворянчиков, Н.В Психосемантический анализ восприятия образа женщины у лиц, совершивших агрессивные сексуальные преступления / Н.В. Дворянчиков, Д.А. Карпова [Электронный ресурс] // Психология и право. 2011. № 3. — С. 1-13. URL: http://psyjournals.ru/psyandlaw/2011/n3/46567.shtml (дата обращения: 12.09.2017).
3.    Дворянчиков, Н.В. Социальные представления о сексуальном насилии над детьми. / Дворянчиков Н.В., Гутник А.Д. [Электронный ресурс] // Психология и право. 2012. — № 2. — С. 100-110. URL: http://psyjournals.ru/psyandlaw/2012/n2/52075.shtml (дата обращения: 12.09.2017).
4.   Ениколопов, С.Н. Социально-психологические представления о сексуальном насилии в семье / С.Н. Ениколопов, Е.С. Хвостова [Электронный ресурс] // Психология и право. 2011. — № 1. — С. 1-12. URL: http://psyjournals.ru/psyandlaw/2011/n1/39333.shtml (дата обращения: 15.01.2018)
5.   Зинченко, В.П.  Большой психологический словарь / В.П. Зинченко, Б.Г. Мещеряков — Москва : АСТ-Москва, 2008. — 868 с.
6.    Зубрицкая, А.С. Особенности психологической помощи женщинам, пострадавшим от домашнего насилия // Известия Дальневосточного федерального университета. Экономика и управление. 2009. — №3 — С. 77-87.
7.   Как создать кризисный центр для женщин. / Под ред. Исраелян Е.В., Забелина Т.Ю. — Москва : Пресс-Соло, 1995. — 106 с.
8.    Карась, И.С. Представления женщин, переживших насилие, о социально-психологической поддержки родственниками / И.С. Карась, А.В. Боровикова, А.В. Бабаджанова-Павлова // Клиническая и специальная психология. 2017. — Том 6, №3. — С.47-61.
9.   Крюкова, М.В. Супружеское насилие как проявление деструктивных трансформаций социального института семьи: по материалам социологических исследований в Алтайском крае: автореф. дис. ... канд. соц. наук / М.В. Крюкова – Барнаул, 2011. – 23 с.
10.    Кузнецов, И. Медиамемы как инструменты виктимблейминга // Медиапространство Беларуси: история и современность. (к 100-летию газеты «Звязда» и 90-летию газеты «Советская Белоруссия») : материалы Международной научно-практической конференции, г. Минск, 20 октября 2017 г. / редкол. : С. В. Дубовик (отв. ред.) [и др.]. – Минск : Издательство Центр БГУ, 2017. — С. 105-108.
11.    Лактионова, М.А. Гендерное насилие как междисциплинарная проблема // Вестник Адыгейского государственного университета. Серия 1: Регионоведение: философия, история, социология, юриспруденция, политология, культурология. 2011. — №1. — С.97-106. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/gendernoe-nasilie-kak-mezhdistsiplinarnaya-problema (дата обращения: 10.09.2017).
12.    Левицкая, А.Г. Насилие на свидании: преступление или момент сексуальной игры? / А.Г. Левицкая, Е.Н. Орлик, Е.П. Потапова // Социологические исследования. 1993. — №6. — С. 92-97.
13.    Салагаев, А.Л. Насилие в молодёжных группировках как способ конструирования маскулинности / А.Л. Салагаев, А.В. Шашкин // Журнал социологии и социальной антропологии. 2002. — №1. — С. 151-160.
14.    Слободчиков, В.И. Интегральная периодизация психического развития /В.И.  Слободчиков, Г.А. Цукерман // Вопросы психологии. 1996. — №5. — С. 38-50.
15.    Смирнова, А. В. Представления школьников и студентов о гендерных ролях мужчин и женщин в современном российском обществе // Женщина в российском обществе. 2005. — № 1-2. — С. 26-33. URL: http://cyberleninka.ru/article/n/predstavleniya-shkolnikov-i-studentov-o-gendernyh-rolyah-muzhchin-i-zhenschin-v-sovremennom-rossiyskom-obschestve (дата обращения: 06.10.2017).
16.    Шаповаленко, И.В. Возрастная психология (Психология развития и возрастная психология). — Москва : Гардарики, 2005. — 349 с.
17.    Giussy, B. Sexual violence against adolescent girls: the need for shared multidisciplinary prevention strategies / B. Giussy, F. Collini, C. Cattaneo, F. Facchin, P. Vercellinni, A. Kustermann. // BJOG. 2017. — №3. — P. 434.
18.    Ryan, W. Blaming the Victim. — New York : Vintage books, 1971. — 351 p.
19.    Stubbs-Richardson, M. Tweeting rape culture: Examining portrayals of victim blaming in discussions of sexual assault cases on Twitter. / M. Stubbs-Richardson., N. Rader, A. Cosby // Feminism & Psychology. 2018. — №1. — P. 90-108.