Автор Тема: Факторы риска противоправного агрессивного поведения у подростков и юношей...  (Прочитано 2651 раз)

Назарова Н.Г.

  • Newbie
  • *
  • Сообщений: 3
Факторы риска противоправного агрессивного поведения у подростков и юношей
(психологический аспект)

Назарова Н.Г., студентка Московского городского
психолого-педагогического университета, Москва
Научный руководитель – кандидат психологических наук,
доцент Ошевский Д.С.

В настоящее время наметилась тенденция к снижению противоправного поведения среди несовершеннолетних, однако данные официальной статистики все еще свидетельствуют о высокой криминальной активности этого контингента и о стабильно высоком уровне агрессивно-насильственных общественно-опасных деяний.
Отечественные и зарубежные исследователи выделяют ряд факторов риска противоправного агрессивного поведения несовершеннолетних. Туда входят: наследственные факторы (Rutter M., Gould M., 1985; Гурьева В.А., 2001 и др.), социальные, в частности, семейный фактор (Лисина М.И., 1997; Боулби Дж., 2004;), психологические факторы (Дозорцева Е.Г., Макушкин В.Д, Ошевский Д.С. и др., 2009).
В зарубежной практике широко используются стандартизированные методы оценки рисков противоправного поведения, основанные на оценке факторов риска и защитных факторов. Однако не всегда эти методы имеют психологические направленность и содержание. Между тем, комплексное выявление факторов и условий, от которых зависят проявления агрессивного и противоправного поведения несовершеннолетних, поможет найти такую систему воспитания, при которой, учитывая особенности и трудности данного возрастного периода, можно будет предупредить и скорригировать агрессивные и антисоциальные проявления. Кроме того, при таком подходе появится возможность управлять рисками агрессивного поведения несовершеннолетних. Вышеуказанными аспектами обусловлена актуальность настоящего исследования.
Цель работы - описание факторов риска противоправного агрессивного поведения у подростков и юношей.
Методы исследования. «Опросник самоотношения» В. В. Столина, «Тест фрустрационной толерантности» С. Розенцвейга, «Тест руки» Э.Вагнера, «Цветовой тест отношений» А.М. Эткинда, методика «ОРВ». Статистические методы реализовывались в программе STATISTICA 10.0. Применялись: критерий Mann–Whitney (U), непараметрическая корреляция по критерию Spearman (p=0,05), кластерный анализ.
Материал исследования. Для выявления факторов риска противоправного агрессивного поведения нами были обследованы 2 группы несовершеннолетних, общим количеством 30 человек. В первую группу вошли 15 несовершеннолетних, осужденных за совершение агрессивно-насильственных преступлений. Во вторую группу вошли 15 девиантных подростков и юношей, состоящих на учете в КДНиЗП.
Мы предполагали, что подросткам, совершившим агрессивно-насильственные преступления, агрессивные тенденции присущи в большей степени, чем их сверстникам с девиантным поведением. Однако сравнительный анализ, проведенный по результатам использования «Теста руки» Э.Вагнера, не выявил достоверных различий в проявлении агрессии, несмотря на то, что в обеих выборках данные значения оказались выше нормы. Единственное значимое различие прослеживается по параметру «Коммуникация». По результатам данной методики, девиантные подростки обладают более развитыми коммуникативными навыками (8,07), чем воспитанники колонии (4,00), и способны к ведению конструктивного диалога без принятия поспешных решений. Однако в условиях группового давления, под влиянием собственных побуждений или в состоянии опьянения данный механизм сдерживания агрессивных побуждений может не сработать. Таким образом, развитие навыков коммуникации рассматривается нами как защитный фактор в условиях просоциального окружения.
Также нами выдвигалось предположение о том, что подростки с противоправным агрессивным поведением менее устойчивы в ситуациях фрустрации, находясь в которых они будут склонны реагировать внешнеобвиняющим образом. Однако выяснилось обратное: девиантные подростки и юноши оказались более склонны к непосредственному обвинению окружающих и отрицанию собственной вины (46,81), чем их сверстники из колонии (34,31). Последним, в свою очередь, в большей степени свойственно не замечать трудности фрустрирующей ситуации или сводить ее к полному отрицанию (42,08).
Вышеизложенные результаты можно объяснить спецификой жизни несовершеннолетних в заключении и формированием у них определенных механизмов сдерживания агрессии и волевого контроля над своими действиями, а также социальной желательностью ответов.
Значимых различий в самоотношении между подростками и юношами в обеих выборках выявлено не было. Общий уровень «Глобального самоотношения» оказался достаточно высоким: это говорит о том, что в целом собственный образ «Я» испытуемыми принимается. Однако шкалы «Самоуважение» и «Отношение окружающих» имеют низкие значения в обеих исследуемых группах. Тем не менее, на уровне тенденции прослеживаются различия по шкале «Самоинтерес», которая отражает меру близости испытуемого к самому себе, в частности интерес к собственным мыслям и чувствам, способность к рефлексии, к рассмотрению и анализу самого себя, своих поступков и действий. Полученные результаты свидетельствуют о большей способности к рефлексии у девиантных подростков (77,91), в отличие от их сверстников из воспитательной колонии (60,09). Таким образом, рефлексия также может выступать в качестве механизма сдерживания агрессивных побуждений.
Далее нами исследовалась смысловая система личности несовершеннолетних. Так, у воспитанников колонии она разделяется на положительно окрашенные понятия (куда включаются все самоидентификационные категории «Я» - «Я в будущем», «Я-идеальное»), и негативно окрашенные понятия. Данное разделение свидетельствует о недостаточной дифференцированности мотивов и смыслов одновременно с их категоричностью, полярностью и недостаточной реалистичностью. Также полученные результаты свидетельствуют о наличии гипермаскулинной идентичности (понятие «Я сам» связано с ролью отца и брата). Прослеживается непосредственная эмоциональная идентификация с матерью и сиблингами и позитивное ценностное отношение к ним (понятия «Добро», «Счастье», «Надежда»). Еще одной характеристикой смысловой системы личности несовершеннолетних осужденных является разрыв между прошлым и настоящим, где прошлое отвергается, а представления о будущем идеализируются. Это может свидетельствовать о недостаточной преемственности во временной перспективе и о низкой реалистичности взглядов несовершеннолетних, отбывающих наказание в воспитательной колонии.
При помощи методики «ОРВ» проводился анализ факторов риска агрессивного поведения несовершеннолетнего. Практически по всем шкалам обнаруживаются значимые различия между группами: по всем указанным параметрам осужденные несовершеннолетние имеют большие значения, а соответственно, и более высокий уровень риска совершения противоправных действий.
Так, у воспитанников колонии превалируют: отсутствие должного контроля со стороны родителей, применение неприемлемых дисциплинарных методов, непоследовательное воспитание. Они практически не имеют социально адаптированных друзей, чего нельзя сказать о девиантных подростках. Основное общение несовершеннолетних, которые были осуждены, происходит в антисоциальных кругах, где и усваивается нормативность агрессивного поведения. Данные выводы также подтверждаются значимыми различиями по параметру «физическая агрессия», проявление которого выше в группе несовершеннолетних правонарушителей. Таким образом, у мальчиков с девиантным выявляется низкий и средний уровень риска противоправного поведения, а у их сверстников-правонарушителей - высокий.
Проведенное исследование позволило сделать ряд выводов:
1. У подростков с криминальным агрессивным поведением в ситуации фрустрации отмечается повышенная склонность к фиксации на препятствии к удовлетворению ситуативно возникающих потребностей, что проявляется в форме отрицания значимости этого препятствия;
2. Среди ряда особенностей самоотношения подростков и юношей, отбывающих наказание за агрессивно-насильственные преступления в воспитательной колонии, ведущей является их слабая способность к саморефлексии, что препятствует полному осознанию и интерпретации социальной ситуации;
3. У подростков и юношей из воспитательной колонии выявлена слабо дифференцированная, мало иерархизированная, недостаточно реалистичная и при этом категоричная структура смыслов, мотивов и потребностей, что может рассматриваться в качестве фактора риска агрессивно-насильственного противоправного поведения;
4. Стандартизированный метод оценки риска может быть продуктивно использован как для выявления факторов риска агрессивного противоправного поведения несовершеннолетнего, так и для поиска ресурсных сторон его личности, что существенно расширяет возможности профилактической, коррекционной и реабилитационной работы с данным контингентом.


Захарченко Д.А.

  • Newbie
  • *
  • Сообщений: 27
Здравствуйте!
Если я правильно поняла, то агрессивность Вы исследовали исключительно с помощью проективных методик. И у них, кроме неоспоримых достоинств, есть также ряд недостатков, которые могут неким образом повлиять на результаты исследования, если ограничиваться только такого рода инструментарием. Поэтому было бы интересно узнать, чем был обусловлен выбор именно такого набора методик и, если Вы продолжаете работать над указанной темой, не планируется ли его расширение или, возможно, изменение.

Назарова Н.Г.

  • Newbie
  • *
  • Сообщений: 3
Здравствуйте!
Спасибо большое за Ваш вопрос!
Данные методики были выбраны с целью минимизации социальной желательности в ответах респондентов, при этом для исключения субъективности оценок результатов использовался не только качественный метод оценки, но и количественный. Все подсчеты производились по стандартизированным схемам.
В дальнейшем мы планируем продолжать исследование. Будет расширена выборка, добавится третья группа - норма. Также планируется управление рисками противоправного агрессивного поведения.